Александр Кабаков, "Последний герой"
Она пришла во сне. Я должен описать ее, потому что не было и не  будет  в  мире  женщины красивей, и,  согласитесь,  несправедливо  было  бы  унести  с  собою  это описание. В тот раз она была темноволоса. Конечно, никакая стрижка или прическа не могла  бы  стать  подходящей для первой - и последней тоже - любви, поэтому волосы ее просто лежали  по плечам, не слишком длинные, но  и  не  короткие,  едва  заметно  вьющиеся, скорее даже просто растрепанные, и когда она склонилась надо мной, в свете высоко висящей лампы пряди сверкнули красноватым, а их  распущенные  концы засветились даже темно-оранжевым...